Все новости
Мнение
2 Января 2013, 09:00

Бог не отвернулся от России

Илья Макаров
Журналист

Год был богат событиями, собрать которые хотя бы мысленно в кучу представляется весьма проблематичным. Поэтому благодарен i-газете за то, что ограничила выбор пятью. Но мне кажется, я и пять не потяну. Может, остановимся на двух. Или на трех.

1. У моего сына в 2012 году вышел первый музыкальный альбом, который он выпустил вместе со своими архаровцами – ребятами из Башкирии, которых он собрал в Петербурге в музыкальную группу. На что они надеются, я не знаю. В этой сфере, насколько можно судить по общим сведениям, без больших денег не продвинуться. Деньги нужны больше, чем большой талант. При них, при больших деньгах, самая откровенная бездарность может запросто стать «звездой».


Я сказал сыну: лучше бы ты показал мне свою кандидатскую диссертацию. Чем его смертельно обидел. Почему-то музыку он считает главным в своей жизни, а учебу в аспирантуре – не знаю чем вообще. Меня больше обрадовало его сообщение о том, что он начинает читать лекции по философии бакалаврам Российского университета имени Герцена.


Но мою радость остудил мой приятель, с которым я поделился этой вестью:


- Философия денег не приносит. А музыка хоть что-то дает.


2. Почему-то одним из сильных событий воспринята была авария на теплотрассе в уфимском микрорайоне Инорс. Вдруг пришло осознание, что и у нас в Башкирии могут оказаться без тепла люди, как это происходит в северных и сибирских регионах. Башкирию Бог милует. Но насколько долго эта милость? Судя по всему, трубы изношены, если их надо менять уже не метрами, а километрами. Лафа социализма, которую мы по инерции получаем, кончается. Все уперлось в нынешние реформы ЖКХ, которые сводятся по большому счету к распилу госбюджета. Пример питерских коммунальщиков прекрасно свидетельствует об этом. Там без стыда и совести воровали. А теперь вся система со свистом горячим паром и водой уходит в воздух.


3. Не менее сильное впечатление произвела информация о том, что бывший министр обороны Сердюков сбежал за границу. Неизвестно, конечно, был ли сам факт бегства или его попытки, но уже сама возможность этого красноречиво говорит о степени общего разложения в высших эшелонах власти. Сердюков на допрос явился, но ощущение какого абсурда не исчезает. Причем происходит это под очень убедительные речи наших политиков о построении великой России, о гражданской ответственности. Как же нелепы и смешны предложения в ведомстве главного министра России для кабинетных чиновников составлять и вести журналы регистрации взяток, которые им будут предлагать. Совсем уже умом тронулись. Всю Россию распотешили.


4. Поразила вакханалия вокруг принятия закона Димы Яковлева в ответ на список Магнитского. Какой вой поднялся в либеральных кругах. И стало сразу ясно, что у нас не только в правительстве (в котором отдельные фигуры тоже выступили против принятия антиамериканского закона об усыновлении), но и в обществе есть своя «пятая колонна». Для них Россия – не моя, не твоя, она для них вообще – «эта страна». В «Живом журнале» одним из самых популярных сайтов (или авторов) называется «пора валить». Пусть валят. Россия без них проживет. И, даст Бог, заживет.


5. Молодая мамаша, родившая ребенка в каком-то торговом центре Уфы, оставила своего ребенка и ушла из роддома. Жаль ребенка. Но жаль почему-то и эту несчастную женщину.


При всех этих фактах и событиях, свидетельствующих о всеобщем упадке, остается загадкой, почему же мы до сих пор живем, почему страна до сих пор не распалась?


Может, потому, что Бог еще не отвернулся от России.


Он сочувствует народу, который столько терпит – воистину терпит. Ибо ничем иным не назовешь все это, как долготерпением. Слышит ли власть и то всеобщее, молчаливое и скорбное осуждение народа, его непонимание и недоумение: почему глава государства почти игриво открещивается от всех вопросов, связанных с бывшим министром обороны. Иногда, правда, в ответ на это недоумение мы слышим слова о том, что сегодня не тридцать седьмой год. Но тогда возникает другой вопрос: а почему не 1937? Может, не надо нас  стращать тридцать седьмым годом? Может, просто давно пора, где надо, власть употребить? Иначе снова нам уготован сперва «семнадцатый год», а уж потом «тридцать седьмой». Россия этот путь уже проходила.


Автор:Макаров Илья