Трагедия в Башкирии: мать погибшего в интернате мальчика выступила на федеральном ТВ

Раиса Гайфуллина четыре года добивается правды о смерти 12-летнего сына Эрика. По ее словам, ребенка задушили, а чиновники и силовики пытаются замять дело.

В эфире телеканала НТВ вышла программа «За гранью», главной героиней которой стала жительница Башкирии Раиса Гайфуллина. Женщина уже четвертый год безуспешно пытается привлечь к ответственности виновных в гибели своего 12-летнего сына Эрика, который воспитывался в Серафимовском доме-интернате для детей с особенностями развития.

То, что сначала было квалифицировано как несчастный случай (якобы ребенок не пережил приступ эпилепсии), после вмешательства матери превратилось в историю с противоречащими друг другу экспертизами, обвинениями в лжесвидетельстве и борьбой одинокой женщины с бездушной системой.

«Лицо в ранах, переломы и следы удушения»

В январе 2022 года Раисе позвонили из интерната и сообщили, что ее сын умер. Причиной назвали приступ эпилепсии. Однако женщина, которая регулярно навещала мальчика и знала о его состоянии, не поверила: у Эрика давно не было приступов.

Увидев тело в морге, мать пришла в ужас.

— Лицо было в ранах, фаланги пальцев разбиты. Я начала расстегивать рубашку и увидела страшную борозду на шее — бордово-красную, — рассказала женщина в прямом эфире. — Это след удушения.

Независимые эксперты в студии подтвердили: характер травм указывает на странгуляционную асфиксию. Однако первые судмедэксперты, работавшие по делу, вынесли вердикт — смерть ненасильственная.

Пришлось проводить эксгумацию

Раиса добилась эксгумации. Второе исследование тела провели в Санкт-Петербурге. Экспертиза показала, что у ребенка были сломаны хрящи щитовидки — типичная травма при удавлении. Более того, у мальчика не оказалось переломов ребер, о которых писал первый эксперт, оправдывая травмы «неудачной реанимацией». Выяснилось, что реанимации не было вовсе.

— Обман эксперта — это заведомо ложное заключение, — заявил в эфире приглашенный специалист. — Либо это абсолютная некомпетентность, как будто студента поставили рядом с трупом, либо прямой умысел на сокрытие следов преступления.

Сама Раиса Гайфуллина намерена теперь добиваться повторного возбуждения уголовного дела против эксперта, давшего первое ложное, по ее мнению, заключение.

Что рассказал об интернате бывший воспитанник

Картину происходящего в стенах Серафимовского интерната дополнили бывшие сотрудники и воспитанники. Мнения разделились.

Альфия Шагапова, проработавшая в учреждении 19 лет, уверяла: дети всегда под присмотром, режим строгий, а смерть Эрика — трагическая случайность во время приступа. Однако другая бывшая воспитательница, Альбина Батырова, проработавшая там 24 года, рассказала о систематической жестокости. По ее словам, санитарки били детей, в интернате ползали тараканы, а персонал привязывал детей колготками к стульям.

— Я делала замечание санитарке, которая привязывала ребенка. Она мне ответила: «Целее будет», — сообщила Альбина Батырова. — Ребенок целее не стал...

Бывший воспитанник Руслан Тажбулатов (попал в интернат в 13 лет) заявил, что в первый же день у него отобрали личные вещи и ударили. По его словам, в интернате процветало воровство: «Хорошие продукты, которые привозили для детей, повара уносили сумками».

— Для меня все очевидно, — резюмировала психолог программы, комментируя увиденное. — Почему до сих пор нет справедливости?

Главный свидетель в суд не явился

Раиса Гайфуллина сообщила, что основная подозреваемая — санитарка, работавшая с Эриком, — скрывается от суда.

— Дважды мы писали ходатайства, чтобы ее пригласили на рассмотрение дела. Нам ответили: она скрылась, ее не могут найти, — посетовала мать.

По версии следствия, смерть мальчика до сих пор квалифицируется как ненасильственная, хотя Раиса утверждает, что после ее личного обращения к руководству СК по РБ уголовное дело все же возобновили. Но финальной точки до сих пор не поставлено.

Сама женщина призналась, что в свое время отдала ребенка в интернат из-за тяжелой жизненной ситуации: у Эрика началась тяжелая эпилепсия, в это же время у нее серьезно заболела мама, не хватало денег. «Я была уверена, что воспитаю его достойно», — плакала она в студии. — Но я не смогла его защитить».

Намерена идти до конца

Раиса Гайфуллина заявила, что за все время не получила извинений ни от руководства интерната, ни от органов соцзащиты. Теперь она намерена идти до конца.

— Нужно возбудить дело против эксперта и провести объективное расследование, — резюмировала женщина. — Публичность — наш единственный шанс.