Жители Башкирии ради южного счастья игнорируют любые опасности

— Все равно лучше, чем на работе, — проворковала приятельница, с которой я отдыхала на побережье Черного моря, и уплыла за буйки. Комментарий относился к оглушительному треску и последующему появлению дымка над морским горизонтом. Это наши ПВО в очередной раз помешали неприятелю, который целился в крупный транспортный объект южного города.

— Видимо, остальные разделяют мое мнение, потому что никто из отдыхающих после сирены даже не шелохнулся, чтобы поплыть в сторону берега, — рассмеялась знакомая после возвращения на пляж.

Действительно, ни один из купальщиков не покинул теплые волны. А некоторые из них даже не повернули голову в сторону громкого звука работающего ПВО.   

На одной чаше весов — теплое ласковое море и горячее солнце, на другой — ротавирусы и БПЛА: так в этом году выглядит типичная формула южного отпуска для жителей Башкирии. И чаще перевешивает первая чаша. Впрочем, как и для любого россиянина, если судить по тому, что в этом году РЖД назначили 17 дополнительных поездов для перевозки потоков отдыхающих в сторону южного побережья и Кавказа. Просто многие туристы вместо самолета решили выбрать поезд, предпочтя долгую поездку многочасовому сидению в аэропортах из-за нередких задержек рейсов.

Отдыхающих из Башкирии, которые ехали с нами в поезде уфимского формирования, тоже было не меньше, чем в прошлом году. Вагоны были забиты пассажирами. Ехали мамы с детьми, бабушки с внуками, семейные компании. И обсуждали они не опасности и проблемы на предстоящем отдыхе, а варианты экскурсий на курорте.

Мне кажется, наша генетическая память хранит опыт поколений, прошедших через войны, лихолетья и суровый климат. Мы умеем жить назло врагам, превращая их попытки запугать нас в фарс. Пока они думают, что мы испугаемся и спрячемся по домам, мы загораем на раскаленном песке, едим шашлык и обсуждаем экскурсии. Тем самым поддерживая туристический край вопреки желанию врагов сорвать сезон и заставить обнищать наших граждан. В этом смысле юг — это наш внутренний стержень, наша непокорность и та самая свобода, которую не отнять никакими беспилотниками.

К тому же мы, граждане, особенно те, кто вырос с традицией каждое лето «ехать на юг», воспринимают этот ритуал почти как паломничество, которому не помешают ни периодически звучащие сирены тревоги, ни очереди за бензином, ни ротавирус, который, кажется, уже стал неотъемлемым сувениром из Анапы или Геленджика. Все эти форс-мажоры, как дождь в отпуске: о них говорят, на них сетуют, но они редко становятся причиной «свернуть палатки» и уехать домой.

Трудности лишь добавляют колорита, делают отпуск запоминающимся. Все равно потом, за чашкой чая в дождливом ноябре, люди будут вспоминать не пробки в дороги, ни расстройство желудка, а то состояние, когда после долгой зимы, серого неба и бесконечных рабочих чатов наконец-то выходишь на раскаленный песок, видишь бесконечную гладь, чувствуешь запах соленой воды, смешанный с ароматом шашлыка и копченой рыбы. И мозг отключит все тревоги, даже если под ухом снова звучит реальная сирена.