Мои прекрасные зомби

Не верьте девочкам, которые говорят вам, что не смотрят телевизор. Они врут. Телевизор давно прокрался через мировую сеть в их смартфоны и ноутбуки. И знаете, что они там выглядывают? Отечественные мелодраматические сериалы, да. Даже те девочки, что вам на ушко жарко шепчут про любовь к Джиму Джармушу и раннему Бертолуччи.

Поймал недавно на горячем одну такую. Ух как она плакала, валялась в ногах, просила, чтобы я не рассказывал никому, что ее подставили, ей подкинули, дошла до того, предложила сделать мне приятно — читать вслух Толстого с немецким акцентом и коверкая слова. Еще видел двух жен друзей, тайком, на кухне смотревших с планшета, и очень, очень много раз видел в маршрутках. Едут, капюшон надвинут, уткнутся в маленькие экранчики и слезы льют.

Так что же там показывают? А показывают в сотнях вариациях одну и ту же историю Золушки, которая дождалась прекрасного Принца. Работала медсестрой в больнице, ухаживала за пациентом, он влюбился, оказался миллиардером. Или жила в деревне, пошла на почту, ее сбила машина, в машине сидел интеллигентный дяденька, извинялся всячески, потом затащил в постель и отвез в свой домик в швейцарских Альпах. Или выгнал на улицу муж с ребенком, сидела у метро, ее прихватил полицейский, хотел оштрафовать, но нечаянно посмотрел в ее глубокие глаза и завертелось — развел с упырем, приютил с дитем, а потом стал генералом.

Все это так слезно и правдиво подают, что не остается никаких сомнений — будет. Рано или поздно. Он придет, прискачет, приплывет, прилетит в голубом вертолете, привезет пятьсот эскимо, упадет на колени и подарит кольцо воо-оот с таким бриллиантом. Естественно, Он спортивного телосложения, голубоглазый блондин с мужественным подбородком, интеллигент в шестнадцатом поколении, пальто из тонкой шерсти, носит на руках, безумно любит будущую тещу и готов бросить важное совещание только потому, что его зазнобе взгрустнулось на диванчике, и она уронила пульт от телевизора, а поднять нет никаких сил.

Девочки эти потом сидят и ждут, натурально сидят и натурально ждут, подперев кулаком с каждым годом все более пухнущую щеку и вглядываясь влажным оком в улицу из кухонного окошка, на плите всегда свежий борщ.

Девочки не хотят задать себе два простых вопроса. Первый — как вообще Принц должен узнать, что она сидит у окна, а борщ остывает? Через ноосферу Вернадского? Второй — какой горчицы Принц должен выбрать именно ее среди всех этих миллионов ждущих?

Знаете, почему не хотят? Потому что эти вопросы вообще не ставятся в сериалах, это лишние сущности, которые могут отвлечь зрительницу от четкого и простого алгоритма появления мужика в их жизни, говорящего, что судьба сама принесет его на блюдечке с голубой каемочкой. Вот такая вот повальная зомбификация, программирующая на полнейшую аморфность.

Впрочем, это их выбор, их судьба и надежда, и их выбранный сценарий, который они сто раз просматривают на экране. У мужчин сейчас настолько богатый выбор, что можно упасть в сугроб и лениво тыкать пальцем в любую проходящую мимо фигурку. Через неделю она будет уже лепить домашние пельмешки, притворно отбиваясь от пятерни, залезающей под халатик.

А еще сосед Борька, влюбленный в нее с пятого класса, волочившийся, как собака, десятый год, и начальник, имеющий вполне серьезные намерения тридцатидвухлетний парень, которому она отказала дважды, поженились на прошлой неделе в Дании. Конечно, потому что они геи. И все вокруг геи. А кто не геи, те алкаши, тунеядцы и изменщики. Кроме тех, что на экране.

Такие дела. Не переключайте канал!