Все новости
Мнение
26 Апреля 2014, 09:00

Уфа — большая деревня

Булат Галиев
Журналист

Мой друг Иван приехал из сельской глубинки. Его жена тоже неместная. Жили в общежитии, родили двоих детей, работали на износ, во всем себе отказывали. Пару лет назад они

наконец-то купили квартиру в ипотеку в центре города и позвали меня помочь перевезти вещи из общаги.

Когда мы потом сидели за столом и отмечали удачный переезд, Ваня подмигнул жене и сказал с улыбкой:

— Ну, теперь-то наши дочки по-настоящему горожанки! Теперь они по праву являются жителями Уфы!

Видимо, был у Ивана какой-то комплекс, что он не родился и не вырос в городе, а «понаехал» сюда из деревни. И очень зря. Именно деревенские сейчас формируют облик современной Уфы, определяют, как модно сейчас выражаться, вектор его развития.

Деревенский — сегодня это не ругательство. Наоборот, в какой-то степени это даже комплимент, похвала. Если человек приехал из деревни, значит, он не городской беспомощный хипстер, а умеет, по крайней мере, что-то делать руками. Человек, выросший в деревне, не будет сидеть и мечтать, как большинство коренных горожан, а будет вырывать зубами свое будущее, стремиться сделать свою жизнь и жизнь своих близких лучше, светлее, сытнее, наконец.

Молодой уфимец, который родился в семье коренных горожан, ни за что не пойдет после вуза на непрестижную должность за 12 тысяч. Он будет сидеть на шее у родителей и восклицать:

— Вот еще! За эти копейки пусть дураки работают! А мне нужная большая зарплата, чистый офис, компьютер и корпоративная связь!

А что сделает деревенский? Он пойдет на эти деньги, да еще и благодарить будет. Покажет себя (если не идиот и если сложатся звезды), сделает карьеру, пусть медленно, шаг за шагом, но добьется определенных высот. Глядишь, а он уже у руля. И руководит вот такими маменькими сынками, которые воротили нос от непрестижной должности.

Я живу в районе, где вокруг много студенческих общежитий. И вижу каждое утро, как толпы студентов спешат в институты. Сразу видно невооруженным взглядом, кто из них на первом курсе, а кто на последнем. Первокурсники – робкие, зажатые, в них нет лоска, столичной наглости, у них опущены глаза и плечи, а загар, который они получили летом на сенокосе, еще свеж. Они на всё смотрят с восторгом: «О, автобус с вайфаем! О, крутая тачка праворульная! О, клевая тёлка в мини-юбке — такую в нашем Старосубхангулово не встретишь!»

С каждым годом студенты меняются. К третьему курсу их уже не отличишь от типичных жителей Уфы. Они нормально одеваются, знают все модные места, и снять девчонку на ночь для них не проблема. С той лишь разницей, что после лекций они не тупо просиживают за ноутбуком в играх, как «коренные», а идут работать: охранниками, строителями, грузчиками, а кому повезет — и по будущей специальности.

Я родился и вырос не в Уфе. После занятий в вузе шел на ночную смену на стройку. Потом стал трудиться в университете, на кафедре. У моей коллеги сын учился в авиационном. Я спросил, что он будет делать летом, наверное, пойдет и поработает два месяца?

— Вот еще, — фыркнула коллега, — пусть отдыхает. Он устал!

А потом эти люди с презрением говорят, что слишком уж много приезжает в Уфу из деревень. Что Уфа уже сама стала деревней из-за таких вот «лимитчиков». И правильно. Еще не то будет. Приезжали и будут приезжать. И вытеснят вас, в конце концов, как динозавров.

Автор:Булат Галиев