Все новости
Мнение
21 Января 2013, 09:00

Плач Александровны

Елена Гизатуллина
Учитель русского языка и литературы, блогер
Вот уже третий час бьюсь над планом урока по сложному предложению в пятом классе. В стареньком поурочном планировании десятилетней давности этой теме отводится 5 часов. В моем плане на нее отведено два с пожеланиями урезать до одного. Мозг работает как робот Валли: сгребает в ковш сочинительные связи, придаточные предложения, подчинительные союзы с квадратными скобками и прессует их в брикет. Жесткий диск рычит от перенапряжения – невозможно успеть по программе, придется что-то выкинуть. Не напишем сочинение, скорее всего.
Говорят, истинные мудрецы во всем винят только себя. Вот и я. Стремлюсь. Надо выживать в предлагаемых обстоятельствах. Голоса стонущих не доходят до господина президента. Мне может быть сколь угодно стыдно перед детьми за то, что мы лишаем их одного из главнейших прав – права на образование. На нормальное образование без спешки. На право вкусить плодов науки и переварить. Но это лишь мой стыд как молодого и мало что могущего учителя. Я еще не знаю, что ученикам жизненно необходимо, а что можно опустить. Поэтому к урокам я готовлюсь в три-четыре раза дольше, чем идет сам урок. Готовлю сбалансированный белковый продукт, а как хотелось бы настоящее блюдо для гурмана. Сейчас урок русского языка – это мультивитамин, в котором есть все, что нужно, но нет главного – жизни. Все уроки нужны лишь для того, чтобы сдать ЕГЭ. Как будто потом они не будут ни писать, ни говорить, ни в любви признаваться, ни строчить письма с чужбины. А ведь это главное – уметь выражаться, простите за каламбур. А все эти сертификаты, дипломы и аттестаты – бумажки, данные государством нам в подтверждение того, что у нас очень раздутое Эго. Эго ученическое, Эго родительское и, чуть не самое главное, Эго педагогическое.
Однако из курса истории литературы мне помнится, что лучшие образцы человеческой мысли возникали в условиях жесточайшей цензуры и трудностей. Вот и сейчас, когда по программе в наличии 102 часа вместо 210 в год, есть все предпосылки для педагогического прорыва, для переосмысления всей системы образования. Времени дается меньше, требований предъявляется больше, надо что-то делать, чтобы не раздавили. Надо искать ресурсы и они, кажется, есть.
Очень важно, наконец, учить детей правильно жить, а не просто правильно считать и писать. Новый ФГОС (Федеральный Государственный Образовательный Стандарт) II поколения не дураками писан. Там главное что? Метасистемность. Чтобы на уроке литературы ученик обсудил не только Гоголя, но краешком коснулся биологии, географии, истории. По возможности. Чтобы предметы изучались не в их обособленности от мира, а в связи с ним. Учителя старого поколения в шоке. Новые пока просто вникают, думают, оставаться или нет. Потому что совершенно непонятно, как давать предмет. По всей видимости, надо убрать большую часть теории и оставить одну практику, то, что действительно пригодится. А всю остальную красоту и вкусноту оставить для лингвистических кружков и университетов.
И вот лично моя беда в том, что я влюблена в филологию. Мне до одури нравится заумный синтаксис, я обожаю рыть слово до его исторических корней и мне сложно отказаться от чего-либо в уроке. Я держу все эти связанные корни в зубах и не готова отдать их в угоду какой-то практике. Хотя сама же и говорю, что не стоит пичкать детей высокими знаниями. Поэтому иногда мое сердце разрывается от невозможности соединить науку от кутюр, уроки жизни и уроки творчества в условиях современной школы. Пока приходится метаться.
Автор:Гизатуллина Елена