Мать бойца СВО из Башкирии после интервью Соловьеву узнала о страшной трагедии

Прошло два года, но боль утраты единственного ребенка продолжает разрывать сердце матери…

— Я была ему и мамой, и папой, и сестрой. Растила его одна, — рассказывает мама героя Айгуль Ишбулатова.

Айгуль Равилевна — военнослужащая во втором поколении. Военными были ее родители. Служению Родине посвятил свою жизнь и ее родной брат. Сама Айгуль в Вооруженных Силах — с 2013 года. Поэтому сомнений в том, что сын продолжит военную династию, не было. Уже в шестом классе он учился в кадетском корпусе в Ишимбае (Башкирский кадетский корпус Приволжского федерального округа имени Героя России А. В. Доставалова — прим. авт.). Сразу после его окончания Роберт отправился на срочную службу. Затем поступил в высшее военное инженерное училище в Тюмени.

Однако в 2023-м судьба юноши резко изменилась. Он оставил учебу и, заключив контракт с Министерством обороны, добровольно ушел на специальную военную операцию…

…Страшное известие о гибели сына настигло Айгуль, когда она сама находилась в зоне боевых действий, исполняя обязанности механика-радиотелефониста в Луганской области.

— В тот день к нам, в лесополку, должен был приехать снимать репортаж телеведущий Владимир Соловьев, и мы тщательно готовились к его приезду. Готовили еду, умудрились даже сделать чак-чак. Командир поручил мне отвечать на вопросы журналиста. А пресс-атташе Соловьева попросил ни в коем случае не упоминать сало, когда Владимир Рудольфович будет спрашивать про меню для бойцов. «Не вздумайте сказать что-нибудь о сале!» — проинструктировал он нас. А командир мне на ушко шепнул, мол, Соловьев даже разговоры про этот продукт не выносит...

Айгуль признается, что немного волновалась, когда давала интервью: все-таки не каждый день приходится общаться с известными людьми. Наверное, оттого и «сболтнула лишнего»…

— Сначала он спросил, как я оказалась в армии. Я ответила, что это была моя детская мечта. Так оно и есть. А потом задал вопрос про меню…

Несмотря на предупреждение, Айгуль невольно затронула запретную тему: «Сейчас холодно, январь — нарезки делаем — колбаса, сало…»

— Надо было видеть в этот момент лицо командира, который стоял неподалеку! Я еще подумала: «Ну все, поеду домой и пенсии мне не видать…» Но что сказано, то сказано… А потом мы с Владимиром Рудольфовичем даже подискутировали на эту тему. Сказала ему, что в холодное время сало отлично насыщает и дает много энергии.

Через некоторое время командование вызвало Айгуль в штаб.

— После интервью прибежал дневальный: «Девочки, вас командир срочно вызывает». «Ну все, дотрынделась…» — вздохнула я. Садимся в машину, едем, спускаемся в блиндаж. А там корвалолом воняет. Прямо невозможно воняет! Командир и два его зама сидят. Рядом — медик. Все молчат. А я им: «Да скажите уже, что случилось!!! Я еду домой? Собирать вещи?» А мне говорят: «Ты присядь…» И снова молчание. И тут, наконец, замполит: «Айгуль, у тебя Роберт…»

…Когда я пришла в себя, почувствовала, что кто-то держит мне голову и заливает в рот корвалол.

Айгуль долго плакала, а потом спросила: «Может быть, это не он?» А командир протянул ей справку-доклад…

Позже она узнала от сослуживцев о том, как погиб ее сын. Вместе с двумя товарищами Роберт пошел минировать поле. Он служил в инженерно-саперной бригаде. Когда ребята, выполнив задание, возвращались обратно, внезапно налетел вражеский дрон-камикадзе. Роберта контузило, и он потерял сознание. Сослуживцы отползли и схоронились.

— Есть у «ВСУшников» такая тактика: если кто-то лежит на поле боя, то они выжидают, когда за ним придут, чтобы снова ударить, — объясняет Айгуль. — Когда все стихло, мальчишки пошли за Робертом. И тут уже второй дрон прилетел и взорвался. И его осколок попал Роберту прямо в сонную артерию. Он погиб, не приходя в сознание…

…А потом были тяжелые 19 дней, когда Айгуль, вернувшись домой, ждала сына…

— Все боялась, а вдруг не довезут?! Ведь по пути могут и обстрелять, сколько уже было таких эпизодов... Не знаю, как я все выдержала! В тот момент мой муж тоже был на СВО. С очень тяжелым ранением он находился в госпитале Донецкой области.

Отчим Роберта отправился на спецоперацию вслед за женой и приемным сыном. Айгуль была против, но Евгений жестко возразил ей: «Что же мне за твоей юбкой прятаться?»

— Сын погиб, муж на грани жизни и смерти... Сначала у меня даже была мысль покончить с собой… Было очень плохо, — признается Айгуль. — А потом я услышала свой внутренний голос: «Тебя ведь даже не похоронят по-человечески… Роберт попадет в рай. А ты, как суицидница, будешь в аду. И вы никогда не встретитесь...» «А кто будет ухаживать за могилкой Роберта? — все продолжал внутренний голос. — Кто будет хранить о нем светлую память?» Эти мысли как-то отрезвили меня. И тогда я сказала себе: «Я буду жить!!!»

А потом в жизни Айгуль произошло настоящее чудо… Она узнала, что ждет ребенка…

— С пятой попытки ЭКО это удалось. Приблизительная дата родов — день рождения Роберта, что предугадать было просто невозможно. Это провидение!

…Каждый день Айгуль бережно протирает пыль с фотографии сына… Рядом на полке — плюшевая игрушка, которую мать крепко прижимает к груди. Она была талисманом бойца и сопровождала его на протяжении всего пути на СВО...