Все новости
Общество
9 Марта 2013, 11:19

88-летняя уфимская автоледи советует жить в любви

Марьям Васильева колесит по Уфе без страха, а большинство стражей дорог буквально теряют дар речи, увидев в водительском удостоверении год ее рождения. 

Фото Андрея Старостина.

- Молодая я еще, до ста лет далеко! – привычно шутит Марьям-апа в ответ на немой вопрос в глазах недоумевающих гаишников. Большинство стражей дорог буквально теряют дар речи, увидев в ее водительском удостоверении год рождения - 1924. 

На права уфимка Марьям Хайрулловна Васильева отучилась в 1965 году – была единственной женщиной в автошколе. Таким образом, ее водительский стаж составляет без малого полвека!   

- В этом году я еще, правда, за руль не садилась, - признается моя собеседница. – Как поставила зимой машину в гараж, так пока его и не открывала.

С 2008 года Марьям-апа колесит на вазовской «семерке»: чете Васильевых она досталась в качестве подарка городских властей семьям участников Великой Отечественной войны. Сама Марьям Хайрулловна в годы войны трудилась в тылу, а ее тогда еще будущий муж Петр Васильевич отвоевал, что называется, от звонка до звонка.

- Он всю войну прошел, десантником был, потом всю жизнь работал, только в 79 лет на пенсию вышел, - с гордостью рассказывает наша героиня.

С гордостью и любовью – ведь именно о любви больше всего хочется говорить в канун 8 Марта.

Марьям и Петр были знакомы с самого детства. Они учились в одном классе и были влюблены друг в друга, что называется, со школьной скамьи. Отношения их, скорее всего, развивались бы вполне предсказуемо, не случись война. Петр ушел на фронт в 1942 году, несмотря на то, что ему не было 18 лет, а вернулся только в 1950: пять послевоенных лет служил в резерве. Все эти годы молодые люди не только не виделись – даже писем друг другу не писали. Да что там! Марьям даже замужем побывать успела!

- Целых полтора месяца была женой! – смеется моя собеседница. - В 1948 году это было. 

Все дело в том, что к моменту начала войны Петр и Марьям «официально» признанными женихом и невестой не считались, а потому и обязательств никаких друг перед другом не имели. Так и осталось бы то первое детское чувство приятным воспоминанием, если бы не оказалось настоящей любовью.

- Оба мы однолюбами оказались: раз прикипели душой - и на всю жизнь! – заявляет Марьям-апа.

Все проведенные вдалеке друг от друга годы одноклассники не общались, но ревностно следили за тем, что происходит в жизни каждого из них. «Связующим звеном» стала родная сестренка Петра Галина. Ей старший брат регулярно писал письма, где интересовался судьбой своей возлюбленной, ни разу за много лет не упомянув ее имени. «Попутчица юности» или просто «М» называл он Марьям в своих лиричных посланиях:

«Я слышал, что она вышла замуж, и предполагал, что она куда-либо уехала, а она живет на прежнем месте. Что же ты не опишешь, как она живет, попутчица юности?», «Я не забуду (хотя и просишь ты забыть), но поверь, Галина, как можно забыть ту девушку, с которой шли мы по одной дороге юности и которой образ отпечатан, остался глубоко!… Она не может выйти из моей памяти», «…Все движется вперед, все изменяется, и только эта буква М…», «…и передай фото М», «Пока я жив и живы некоторые образы в моем сердце и сознании, я не забуду…», «Не забудь передать горячий, всегда не остывающий привет М…».
Сейчас все эти письма, зачитанные буквально до дыр, хранятся у Марьям Хайрулловны.  По совету родных она предусмотрительно сняла с них ксерокопии, чтобы вновь и вновь перечитывать давно заученные  наизусть строки.

Глубоко личные по сути, по прошествии определенного времени письма  становятся документальным свидетельством эпохи, а потому моя собеседница охотно делится их содержанием.

- Только этими письмами и живу, - вздыхает Марьям-апа.

Но это, конечно, не совсем так. Несмотря на солидный возраст, жизненная энергия в ней бьет ключом, а бодрости духа могут позавидовать те, кто годится ей в правнуки. Кроме езды за рулем у Марьям Хайрулловны масса увлечений и много хлопот. Общительная пенсионерка не сидит вечерами одна, у нее часто бывают гости, к визитам которых хозяйка тщательно готовится. Вот и к моему приходу она испекла татарский бэлиш, заварила крепкий чай.

- Готовить, правда, я никогда особо не умела, - скромничает Марьям-апа, потому что ужин получился отменный. -  Я ведь всегда «пацанкой» была, с детства предпочитала с мальчишками водиться. В годы войны работала электриком на фанерном комбинате. Из 15 девчонок, с кем мы пошли на двухнедельные курсы, я одна по специальности и работала. Помню, для меня даже «когти» пришлось делать по спецзаказу - не было подходящего размера.Да я и сейчас любую розетку починить могу!

Так что увлечение автомобилями вполне в ее духе. Это сейчас дамы за рулем наравне с мужчинами ездят, а в середине прошлого века женщин-водителей было раз-два и обчелся.

- Машинами мы с мужем оба увлекались. Он, правда, всегда считал, что лучше водит - у тебя, говорил, он все «шр» да «пр» получается, отсюда даже прозвище мне придумал – Шайнурка, – вспоминает старушка.

Петр и Марьям поженились в 1950 году, сразу, как только Петр вернулся домой, и с тех пор уже не расставались. Вырастили двух дочерей, дождались внуков. 

- Их у нас четверо – все парни и все в армию сходили! – хвалится моя собеседница.

Васильевы прожили вместе почти 59 лет. Петра Яковлевича не стало в феврале 2009, он был на полгода моложе супруги и ушел из жизни в неполные 84 года.

- Петя до последнего дня был на ногах, все делал самостоятельно, очень хозяйственным был. Вот только дверцу к кухонному шкафчику не успел прикрутить. Я все пилила его: когда сделаешь, почему так долго тянешь? А сейчас себя ругаю: зачем тогда ворчала? - сокрушается Марьям Хайрулловна.

- Живите дружно, не ругайтесь по мелочам, берегите друг друга! - обращается Марьям-апа к нынешним парам. – И у нас с Петей в жизни всякое бывало – я, пожалуй, только сейчас до конца поняла, как мы любили друг друга...

Автор:Шарафутдинова Альфия