Все новости
Общество
11 Октября , 14:19

Икона, написанная настоятелем уфимского храма, обрела дом в Финляндии

Как настоятель уфимского храма Архангела Михаила Андрей Спиридонов научился писать чудесные иконы?

Андрей Спиридонов.Фото:Со страницы Андрея Спиридонова в соцсетях.

Дорога к храму у Андрея Спиридонова была непростой. Он родился в обычной советской семье. Крестили мальчика в восемь лет — в праздник Святой Троицы. Вместе с ним таинство приняли более 100 человек. Это было в 1989 году. Вскоре в стране стали происходить разрушительные изменения. Старая административно-командная система демонтировалась. Люди теряли работу, с образованием тоже происходило невообразимое.

Как признался Андрей Спиридонов, в 1990-е годы ему захотелось помочь людям, поддержать их. В то время мальчик учился премудростям рисования под присмотром бабушки, которая не предполагала, что это умение коренным образом повлияет на будущее внука. Сначала маленький мальчик научился ставить палочки и соединять точки, рисовать дома и огороды, а потом решился взяться за серьезную тему.

Мысль пришла в 13 лет, когда он гулял с собакой. «Раз Бог дал талант и возможность рисовать, то надо употребить способности во славу его», — размышлял семиклассник. Он тогда взял маленькую старенькую иконку Владимирской Божьей Матери и попробовал её нарисовать.

Фото:предоставлено Андреем Спиридоновым.

— Родители думали, что это помешательство. Зачем я занимаюсь иконописью, зачем мне это надо? Непонятно почему 13-летний юноша начинает молиться, поститься, ходить в храм. Для родителей это было шоком. Думали, что я в какую-то секту попал. Потом смирились, сейчас вроде довольны. — вспоминает отец Андрей. По его словам, родители стали картинки показывать соседям, а те посоветовали отвезти в храм.

Так и произошло, мальчика отвели его на богослужение в Сергиевский собор в Уфе. Когда рисунки показали (акварель, живописное изображение Владимирской и Казанской Божьей Матери), Андрея сразу отвели в алтарь, и после службы у него состоялся первый разговор с владыкой Никоном — тогда еще епископом. Через какое-то время юного художника направили в иконописную мастерскую, она располагалась там, где сейчас находится Спасский храм.

По мнению настоятеля храма Архангела Михаила Андрея Спиридонова, это был божий промысел.

Фото:предоставлено Андреем Спиридоновым.

В мастерской будущий священник смотрел альбомы с фотографиями икон.

— Я листал их и впитывал в себя красоту русской и греческой иконы. Чем больше я смотрел, тем больше хотелось писать, хотя бы приближенно к этому, — поведал священник и сказал, что икона далека от живописи. Нужно переучиваться, много переосмысливать, потому что там совершенно другие каноны. Для этого нужны годы.

После окончания школы поступил в Санкт-Петербургскую духовную академию на иконописное отделение. Однако судьба так распорядилась, что будущий отец Андрей, оставив учебу в семинарии, окончил впоследствии Свято-Тихоновский богословский университет. Он выучился на священника.

И все же в городе на Неве в общении с опытными педагогами он освоил азы написания древнерусских и греческих икон, а некоторые его работы украсили храм Архангела Михаила.

Фото:предоставлено Андреем Спиридоновым.

— Нас обучал главный реставратор Русского музея Сергей Иванович Голубев, он преподавал иконоведение, реставрацию, помог нам понять, как писать иконы, к которым он относился с особым трепетом. Прекрасный человек.

Сергей Иванович говорил, что не нужно использовать вместо золота другие материалы. Никакой подделки не должно быть. Если надо икону золотить, то это должно быть настоящее золото, чтобы не было никакой искусственности. Сергей Иванович сам писал иконы и занимался реставрацией, — рассказал отец Андрей. — Еще один педагог, знаменитый иконописец —Александр Васильевич Столяров до сих пор преподает в Санкт-Петербургской духовной академии. У него регулярно проходят выставки. Помню один эпизод, связанный с ним. Когда я писал икону «Ангел златые власы», он многократно отправлял меня в Русский музей. Ему не нравилось, как я воспроизвожу увиденное. Каждую неделю я ходил по нескольку раз смотреть одну и ту же икону, пока у меня не получилось так, как он представлял ее.

— Почему вы, будучи иконописцем, решили стать священником?

— Церковь для меня всегда была связана с историей, уходящей в века. Это притягивало и играло свою роль. Хотел всегда помогать людям. Поэтому принял для себя такое решение. Мы знаем, что случайностей не бывает, события складываются в какую-то цепочку, бусинка к бусинке. Думаешь, что какие-то моменты случайны, а потом, когда оглядываешься назад, понимаешь, что на самом деле выбирал-то не я. Наверное, правильно, что последовал божьему промыслу.

К тому же, с 13-ти лет хотел стать священником и подумал, что смогу совмещать и то, и другое. Но деятельность священника настолько обширная, занимает много времени, что на написание икон не так много времени остается. Иконопись осталась как хобби.

Фото:Со страницы Андрея Спиридонова в соцсетях.

Я прекрасно знаю, что никакой не великий, пишу по мере сил и возможностей, понимаю, на каком месте нахожусь в этом ряду. Кто со мной учился, девушки из Питера, состоялись, как иконописцы. Мне даже немного завидно, потому что они себя реализуют, рост видно, а я, как выпустился, так и остался на том же уровне.

Мои однокурсницы Полина и Валерия принимали участие в росписи Храма Христа Спасителя. Я спросил их: «А что меня не позвали?» Они ответили, что не знали, как меня найти. В то время еще не было мобильных телефонов. Оказалось, что тогда нужны были свободные руки, и брали всех, кто может помочь. Хотя бы цветочки нарисовать.

Мечтаю когда-нибудь уйти на пенсию и писать, если глаза позволят. Не знаю, получится это когда-нибудь или нет.

Фото:Со страницы Андрея Спиридонова в соцсетях.

По словам Андрея Николаевича, он несколько раз порывался оставить работу священника. Однако, как такие мысли возникали, в храме неожиданно появлялись прихожане, которые благодарили за помощь, добрый совет.

— Я, конечно, понимаю, что не я помог, а Бог. И получается, что через меня они приходят к Богу, находят эту связь. Понимаю, что этот выбор все равно не до конца мой.

— С чем связаны мысли об уходе из храма?

— Довольно-таки сложная ситуация и в самой церкви, и отношение к церкви, и отношение к священникам. Все мы прекрасно знаем, что люди видят в церкви бизнес, в священниках — бизнесменов, причем в негативном свете. Но люди забывают, что каждый храм фактически содержит настоятель. Он отвечает за выплату налогов, зарплаты, оплату отопления, света и за все остальное. Все равно приходится быть немножко бизнесменом. Не хочешь, но все равно приходится. Но с 2006 года я принял решение, что все требы в нашем храме будут на пожертвования (в том числе венчание, крещение, отпевание), люди сколько хотят, столько дают, чтобы не было так, что батюшка дерет с ним три шкуры. Я сделал это по совету покойного патриарха Алексия. Он издал книгу-обращение к московскому духовенству. Мне в руки попала эта книга, там он говорил, что нужно переходить на добровольные пожертвования. Эта идея мне запала в душу. Когда нас спрашивали, сколько нужно заплатить за таинство, неприятно было называть какую-то сумму. Вроде как была оказана услуга, а мы оказываем не услугу, а священнодействия, которые не могут быть регулируемы. Перейдя на добровольные пожертвования, я свободно вздохнул. И во многом это помогло храму. Люди охотней идут в храм, когда они понимают, что могут дать и 100 рублей, и 1000. Священник не будет их ругать, потому что знает, что у каждого своя ситуация в жизни. Для кого-то и 100 рублей много, для кого-то и 1000 рублей мало. В Москве, Московской области, Санкт-Петербурге встречается довольно-таки много храмов, которые проводят таинства на пожертвования. Сам видел. Господь никогда нас еще ни разу не оставлял наш храм, чтобы не было ни копейки. Заканчиваются, бывает, деньги, а нужно платить 20 тысяч рублей, и вдруг появляется человек, который предлагает пожертвовать на храм 20 тысяч. Это сплошь и рядом. Так с колоколами было. Еще храм не достроили, приходит человек и говорит: «Вам нужны колокола? Закажите, я оплачу».

Фото:Со страницы Андрея Спиридонова в соцсетях.

— Каким образом написанная вами икона попала в Финляндию?

— Когда учился в духовной семинарии, мне заказали из Финляндии икону «Серафим Саровский, который кормит медведей» в храм. Пришлось создавать ее с нуля. Такой иконы не было. Я сделал, она понравилась заказчикам. За ней приехал крещеный финн.

— Кого больше нравится писать — Божью Матерь, Иисуса Христа, святых, архангелов?

— Любую икону интересно писать, перерабатываешь каждый раз образ, добавляешь что-то свое. У нас нет слепого копирования, иногда стоит задача — сделать копию. Редко, но бывает задание сделать работу, близкую к оригиналу, а так иконописец работает в своем стиле, выдерживая каноны. Он должен понимать, что меняет.

— А что можно менять?

— Например, цвета. Лик, руки можно писать по-разному. Разные техники письма есть — греческая, славянская, болгарская. Я люблю и древнерусское, и древнегреческое письмо. Причем афонское, византийское письмо своеобразное, красивое. В нем черпаю вдохновение.

— Наставник, наверное, все равно нужен?

— Ими должны стать люди, которые, по крайней мере, пробовали и понимали, как это сделать. Меня обучал Александр Васильевич Столяров, он любил делать работы в греческой манере. Сергей Иванович Голубев предпочитал писать русские иконы.

— Какие иконы вам нравятся?

— Мне больше греческие нравятся, а из древнерусских — новгородский стиль, более конкретный, когда линии понятны. Греческий привлекает своей яркостью, экспрессией, движением. В наших иконах больше округлости, сглаженности, более темные цвета. Андрей Рублев выбирал яркие цвета и для росписи храмов, и для икон.

Андрей Спиридонов.Фото:Со страницы Андрея Спиридонова в соцсетях.

— Свой опыт, как ваши учителя, передаете?

— Технику пробовал передать, но пока не находятся люди, которые могли бы это впитать. Не нашел пока себе учеников.

— Дети пошли по вашим стопам?

— У меня средний сын Михаил рисует, и старший Даниил тоже неплохо рисовал. Михаил очень хорошо рисует, в основном, занимается живописью, не иконописью, но захочет — научим. Он оканчивает девятый класс. Младший Симеон, вроде, тоже пока хочет стать священником.

— О чем мечтаете?

— Храм достроить и расписать его. Надеюсь, до смерти успею его сделать.

Фото:Со страницы Андрея Спиридонова в соцсетях.
Автор:Владимир Шакиев